marți, 12 iunie 2018

Despre carecterul "pacificator" al Federaţiei Ruse în Republica Moldova О характере «миротворчества» России в Молдове и Украине


Dragi prieteni,
Am scris acest articol cu ceva timp în urmă pentru un portal de ştiri din Ucraina, încercând să fac o analiză mai detaliată a subiectului "pacificator" al Federaţiei Ruse. După ce subiectul unei misiuni de pacificare a eşuat a câta oară (Federaţia Rusă insistă pe o misiune numai cu sarcini de a asigura securitatea Misiunii OSCE), vă propun atenţiei dumneavoastră varianta actualizată a acestui articol în limba rusă, în speranţa de a aduce în atenţia opiniei publice acest subiect de o importanţă majoră în opinia mea.

 

1. Istoria contemporană a pacificării ONU


Классического определения или термина Миротворчества мы нигде не найдем, даже в Уставе ООН. Но, Миротворчество как метод был предложен и разработан ООН. Как отмечал Даг Яльмар Агне Карл Хаммаршёльд[1], «он содержится в главе VI½ Устава, и отводил ему место между такими традиционными методами мирного разрешения споров, как посредничество и установление фактов (глава IV), и мерами принудительного характера, например, эмбарго и военное вмешательство (глава VII).»[2]  Впервые как механизм был имплементирован ООН в 1956 году в Египте, хотя некоторые источники настаивают на 1948 год, когда Совет Безопасности санкционировал развертывание военных наблюдателей ООН на Ближнем Востоке для наблюдения за Соглашения о перемирии между Израилем и арабскими государствами и содействие дальнейшему прогрессу в деле улучшения положения и укрепления мира в регионе.[3] Данная миссия действует до сих пор и имеет в штате несколько сот человек, и имеет задачи по осуществлению операций по наблюдению и контролю. Военные наблюдатели Организации Объединенных Наций не имели оружия. Я всё-таки привержен рассматривать первую версию, так как тогда был применена концепция, предложенная Генеральным Секретарём Дагом Хаммаршёльдом, и которая отражена в Резолюции 1001[4] (ES-I) 1-й Чрезвычайной специальной сессии[5] и устанавливает Чрезвычайные вооруженные силы Организации Объединенных Наций (UNEF I), для «обеспечения и контроля за прекращением военных действий». Этим документом не только установила UNEF I, но также и призвала «к непосредственному перемирию». Отличие данной миссии от миссии 1948 года — это то, что применяется вооружённый контингент.
Исторически мы можем рассматривать несколько этапов проведения миротворческих операций (всего 69):
- Ранние годы[6] - 1948-1988 – 15 операций;
- Период после «холодной войны»[7] - 1989 – 2009, который можно разделить на три периода – 48 операций;
- Современный этап[8] – 2010-настоящее время -6 операций.
В настоящий момент ООН развернуто 17 миротворческих операций[9].
Не ставлю перед собой цель рассмотрения всех этих периодов, но, чтобы перейти к рассмотрению вопросов «миротворчества России» приведу несколько тезисов. Современные многоплановые операции по поддержанию мира должны содействовать политическому процессу, обеспечивать защиту гражданских лиц, оказывать помощь в разоружении, демобилизации и реинтеграции бывших комбатантов, содействовать проведению свободных выборов, защищать и поощрять права человека и способствовать восстановлении законности. Все это указывает на то, что особым спросом и механизмом должны рассматриваться определенные виды специальных сил и средств, включая правоохранительную (полицейскую, в том числе и по надзору и наблюдению за участками государственной границы), гражданскую или со специальным статусом и т.д.
ЕС и ОБСЕ
Конечно же мы не должны обойти и другие форматы аналогичных операций под флагом ЕС и ОБСЕ. Например, под флагом ЕС на трех континентах (Европа, Азия и Африка) развернуты 17 операций, используя как военные (6 миссий), так и гражданские инструменты (11 миссий)[10]. Под флагом ОБСЕ развёрнуты 12 миссий в странах Европы и Азии. Все они имеют гражданские инструменты деятельности.

2.    «Миротворчество России»


Ну и конечно же мы не можем обойти вниманием «специфические миссии миротворчества» со стороны России которые имеют только военные инструменты влияния, в странах, которые обрели/восстановили независимость после развала СССР, но и на Балканах. Никто не оспаривает ту роль, которую имеет Россия в участии в миротворческих операциях под эгидой ООН или других международных организаций. Все они связаны с обязательствами в рамках решений, резолюций этих международных организаций.
Балканы
Вкратце об «Балканах». Эксперты по-разному трактуют миротворческую миссию на Балканах. Стоит уточнить, что в период 1992-1999 годы (но и по настоящее время[11]) Россия участвовала с военными контингентами наряду с НАТО на Балканах в Миссиях SFOR и KFOR в Боснии и Косово[12]. Вместе с тем, Россия не всегда применяла согласованные действия с НАТО, на время партнёрами и той организацией, которая непосредственно руководила миротворческой операцией – так называемый легендарный марш-бросок сводного батальона ВДВ ВС России, входившего в состав международного миротворческого контингента в Боснии и Герцеговине (город Углевик), в город Приштина (Косово), целью которой было взятие под контроль аэропорта «Слатина». Все это было сделано для своих интересов в Югославии, к которой Россия испытывала и испытывает определённый интерес стратегического плана. Тем самым, Россия переиграла все ранее согласованные планы с партнёрами по миротворческой операции.
Но есть и достаточно примеров, которые доказывают «желание» России принудить страны к «миротворческим» операциям. И здесь стоит отметить так называемые миротворческие операции в странах, которые обрели независимость в 1991 году – Грузия и Республика Молдова. Обе эти миротворческие операции были начаты летом 1992 года, вследствие принуждённых договоров со стороны России, как следствие войн в которых официально участвовали российские вооруженные силы.
Грузия
Соглашение, подписанное в Сочи 24 июня 1992 года[13] президентом России Борисом Ельциным и председателем Государственного совета, главой Грузии Эдуардом Шеварднадзе предусматривало следующее:
·         противоборствующие стороны обязались прекратить огонь и вывести свои вооружённые формирования из зоны соприкосновения;
·         Россия обязывалась вывести из Южной Осетии дислоцированные там инженерно-сапёрный и вертолётный полки;
·         создавалась Смешанная Контрольная Комиссия (СКК), которой предстояло осуществлять контроль за прекращением огня, выводом вооружённых формирований, роспуском сил самообороны и обеспечение режима безопасности в зоне соприкосновения;
·         Смешанной Контрольной Комиссии придавались группы военных наблюдателей и Смешанные силы по поддержанию мира;
·         стороны обязывались немедленно приступить к переговорам по экономическому восстановлению региона и созданию условий для возвращения беженцев. Применение блокад и экономических санкций объявлялось неприемлемым.
Имплементация данного соглашения закончилась в 2008 году признанием Южной Осетии и Абхазии, вследствие русско-грузинской войны, которая изменила все ранее достигнутые договорённости.

Молдова
Соглашение о принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в приднестровском регионе Республики Молдова[14] было подписано между Республикой Молдова и Россией 21 июля 1992 года, что лишний раз доказывает прямое участие России в войне против Республики Молдова. Этим соглашением предусматривается:
- Что, конфликтующие стороны берут на себя обязательства предпринять все необходимые меры к полному прекращению огня, а также любых вооруженных действий друг против друга;
- С прекращением огня конфликтующие стороны приступают к отводу частей своих вооруженных сил и иных формирований, боевой техники и вооружения, и завершают этот процесс в течение семи суток. Целью такого разъединения является создание зоны безопасности между сторонами в конфликте;
- Создание Объединённой Контрольной Комиссии, в составе представителей сторон, участвовавших в боевых действиях – Россия, Республика Молдова и так называемая администрация Тирасполя.

История показала, что данные соглашения и в частности эти две «миротворческие» операции проводились в зоне интересов России в границах бывшей империи. Практика этих операций противоречат практике и нормам международного права, и в первую очередь ООН. Как уже указывалось, есть достаточное количество доказательств[15], что Россия, страна, которая участвует в этих операциях, участвовала и в боевых действиях на Днестре, в Абхазии и Южной Осетии[16]. В этом отношении нельзя говорить об беспристрастности этих операций, беспристрастности – как принципа международных миротворческих миссий и основным гарантом успеха этих миссий. Нельзя забывать и о принципе Согласия сторон, и здесь Россия принудила и Республику Молдова и Грузию подписать Соглашения от 1992 года и это осуществлялось под давлением оружия, как и в случае с аннексией Крыма и результатов так называемого референдума. Если говорить о так называемой миссии в Республике Молдова, она не имеет никакого мандата и противоречит национальному законодательству. Де факто, эти «миротворческие миссии» являются односторонними «миротворческими миссиями» (со стороны Российской Федерации), которые стали „state-building” миссиями, после признания Россией независимости Южной Осетии и Абхазии, а в Республике Молдова стала миссией, которая помогла сепаратистскому режиму в Тирасполе, консолидировать свою «политическую, экономическую и военную» составляющую так называемой государственности. Незаконное пребывание ОГРВ (Нагнетание «милитаристской истерии», постоянные военные учения, в т.ч. наступательного характера с участием незаконных вооружённых структур приднестровского региона)[17] в Республике Молдова неоднократно указывалось государственными органами РМ в различных международных форматах, в том числе ООН. К сожалению, на данный момент не далось принятие конкретных резолюций по данному вопросу и это несмотря на поддержку как Украины, так и других стран. Все это потому, что нет политической воли, а также лавирования между определенными интересами, в том числе и России. Так же не удаётся изменить формат миротворческой операции на Днестре в правоохранительную с гражданским статусом. Вместе с тем Россия продолжает блокировать переговорный процесс в формате 5+2 (настаивая на определённые гарантии, которые противоречат интересам Республики Молдова и которые к сожалению принимаются переговорщиками из Кишинэу), тем самым препятствуя реальному сближения обеих берегов Днестра.

Миротворческие миссии развивались в двадцатом веке из простых миссий, которые занимаются только вопросами безопасности вплоть до сложных миссий по поддержанию мира, которые намного превосходят классический формат. Опыт, накопленный в проведении миротворческих миссий, в том числе и опыт провальных миссий, стимулировал формирование более профессиональных миссий, способных решать различные задачи (Миссии ООН, ЕС и др.). В то время как ЕС и другие международные организации проводили и проводят миссии по поддержанию мира, уделяя больше внимания управлению кризисами, укреплению верховенства закона, гражданской администрации и гражданской защиты, российская модель миротворчества специфическая, которая ставит упор на безопасности типа «hard», а также гибридной войны и использует этот принцип для закрепления своего военного присутствия на пространстве пост империи.
О миротворческой миссии в Украине
В последнее время указывается на необходимость установления миротворческой операции в Украине. Да такая миссия необходима, но без участия России. В случае если к данному вопросу она будет допущена, есть достаточно оснований полагать, что она превратится в так называемую миротворческую миссию по установлению государственности восточных регионов Украины по сценарию Республики Молдова и Грузии. Это исходит и из различия подходов к такой миссии со стороны России[18], президент России Владимир Путин предложил разместить миротворцев ООН вдоль линии, отделяющей украинские правительственные войска и поддерживаемых Россией сепаратистов. И только для охраны сотрудников ОБСЕ. Такой формат миссии, т.е. развертывание только вдоль линии фронта будет зависеть от российского контроля над территорией, находящейся под контролем сепаратистского режима, т.е. России, и не сделает ничего, чтобы помешать России отправлять бойцы и оружие в Украину.

В свою очередь Украина и западные партнёры предлагают[19] миротворческую миссию в соответствии с общепринятыми нормами международного права и заключается в размещения миротворческой миссии на всей территории Донбасса, включая неконтролируемый Правительством Украины участок российско-украинской границы, иметь задачи по охране и обеспечению мира, контроль за отводом тяжелой техники и артиллерии, а также обеспечение безопасности людей, и создания условий по проведению выборов, в соответствии с Минскими договорённостями.
Украине необходимо настаивать на классическую форму миротворческой операции под флагом или ООН, или ЕС с четким мандатом по поддержанию мира которая должна содействовать политическому процессу, обеспечивать защиту гражданских лиц, оказывать помощь в разоружении, демобилизации и реинтеграции участников боевых действий, содействовать проведению свободных выборов, защищать и поощрять права человека и способствовать восстановлении законности в оккупированных территориях.

Учитывая выше изложенной, а также в условиях гибридной войны против Украины, Россия ни в коем случае не может выступать в роли миротворца на международной арене, поскольку преследует исключительно свои геополитические цели в регионе, а именно постоянное военное присутствие на территории пост империи и в непосредственной близости к границам ЕС.


[13] Соглашение о принципах мирного урегулирования грузино-осетинского конфликта. // Дипломатический вестник МИД РФ. 1992. №13-14.
[17]  Security and defense risks in the context of the Transnistrian conflict settlement: http://viitorul.org/files/PB_BORDER_SEGMENT_PRINT_2_14.06.17_FINAL.pdf  

Niciun comentariu:

Trimiteți un comentariu

EROII NU MOR NICIODATĂ 24 aprilie 1992

Să nu uităm 23 aprilie 1992  1. Sergent Vârlan Alexandru, născut la 31 ianuarie 1972 în satul Cocieri, raionul Dubăsari. Căzut pe câmpul...